ОСНОВЫ ВЕРОУЧЕНИЯ УДМУРТОВ

Темы для докладов и обсуждений
1. Боги и другие предметы поклонения (монотеизм, политеизм, анимизм – могут ли они без противоречий сочетаться в народных традициях.
2. Культ Природы и Предков, как общая часть всех древних и современных народных традиций.
3. Религиозные обряды, жизненные установки, запреты и ограничения в разных традициях.
4. Сакральные и практические знания, сохранившиеся в народных традициях.
5. Нравственные ценности и высшие духовные задачи человека.
admin
Администратор
Сообщения: 16
Зарегистрирован: 29 июл 2017, 15:09

ОСНОВЫ ВЕРОУЧЕНИЯ УДМУРТОВ

Сообщение admin » 29 сен 2017, 04:37

Доклад Альберта Разина (Ижевск)

ОСНОВЫ ВЕРОУЧЕНИЯ УДМУРТОВ

Носитель удмуртской национальной культуры по миропониманию является пантеистом. Он подобен «дитяти природы» и обожествляет Природу, молится духам, которыми наполнен мир: Осто, Инмар, Куазь, Мӧр Вӧсь, Булда Вӧсь, Будӟын куала Вӧсь, Луд Вӧсь, Воршуд Вӧсь, Мукылчин. К вечному духу Осто. [1, 102] удмурт обращается постоянно, в день по много раз, а не только во время молельного обряда.
Традиционного удмурта можно отнести и к анимистам: он считает, что душа есть у каждого дерева и даже камня, с которыми необходимо обращаться бережно, чтобы не навредить. В каждом строении, а также в лесу, в воде, в горах есть духи (Корка кузё, Мунчо кузё, Гид кузё, Вумурт, Нюлэсмурт). С ними надо считаться, надо задобрять, а не воевать, не обижать. Надо жить по принципу «не навреди», чутко относится к окружающему миру. Если Домового обидишь, то он может покинуть дом, и семью покинут благополучие и лад. Если спиливаешь дерево, необходимо просить прощения у него и поминать погубленную душу – на пень положить мыж (жертвенную пищу).
Кроме добрых духов есть и злые духи, которых необходимо сторониться или прогонять (но не уничтожать). Мировоззрение носителя традиционной удмуртской культуры соответствует толстовскому принципу «непротивления злу насилием». Конфликт разрешает не через уничтожение противоположной стороны, а благодаря своей «буферности», гасит зло (социальные удары) на себе. Он понимает, что зло порождает зло, что при помощи насилия нельзя покончить с ним. Чтобы волюнтаристским вмешательством не нарушить сложившееся равновесие в окружающем мире (природном и социальном), никогда не делает необдуманного шага. Стремится повлиять на мировоззрение людей своим примером, а не насилием, не принуждением; никого силой не тащит в рай (ни земной, ни потусторонний).
Носитель традиционной удмуртской культуры следует принципу «не навреди» и по отношению к другим людям и этносам, по отношению к другим религиям и конфессиям. По его пониманию, мир взаимосвязан и нельзя стать счастливым за счёт несчастья другого.
Обожествление окружающей при¬роды и явлений природы обнаруживается и в представлениях о богах (Инмар, Куазь, Кылдысин и др). Образ Инмара восходит к прафинно-угорскому бо¬жеству неба и воздуха. Куазь – Бог погоды, Инву – Бог воды, Кылдысин (Myкылчин) – Бо¬г плодородия. Удмурты счи¬тают, что от этих богов зависит урожай, а значит и благополучие людей. Во время обрядов часть приносимой в жертву еды складывается в ямку, вырытую специальной деревянной лопа¬точкой. Железной лопатой пользоваться нельзя, так как земле может быть больно. Второй день после Троицы – День рождения Земли (Музъем вордӥськон нунал). В этот день не разрешалось пахать, боро¬нить, копать и т.д.
Действие сил природы на растения переносилось удмуртами и на человека. Трава, деревья растут, когда они поливаются, так и человеку, чтобы вырасти, предлагалось бегать под дождем. До сих пор в удмуртских деревнях ребятишки бегают под моросящим дождем, чтобы вырасти большими».
К верованиям о грозе, воде примыкают представления о раду¬ге (вуюись). Примерами могут послужить следующие поверья: «Вуюисез адӟыса, дораз бызьыса вуид ке, зарни тусьтызэ но пуньызэ сётоз» (Если, увидев радугу, добежишь до нее, подарит свою золотую чашку и ложку).
Носитель традиционной культуры, как правило, является крестьянином. Ему дождь необходим. В период засухи он совершает обряд вызывания дождя. Жрец (вӧсясь) с процессией обходит дворы, обрызгивая всех людей водой, затем водой омывает углы могильных оград, призывая на помощь духи умерших предков. Затем происходит сбор продуктов (крупы, соли, масла, яиц), у родника в большом котле из этих пожертвований варится обрядовая каша. Обряд завершается молитвой и поеданием каши.
Ветер у удмуртов тоже был божеством. Ему приносили в жерт¬ву утку, чтобы он не сгибал стебли зерновых. Когда ветер был нежелателен, запрещалось свистеть, когда ветер был нужен, пред¬лагалось посвистеть. «Шуласькод ке, куазь тӧло луэ» (Будешь свистеть – поднимется ветер); «Пӧсь куазен тӧл ӧвӧл ке, шула – тӧл потоз» (Если в жаркую погоду нет ветра, посвисти – поднимется ветер).
Кылдысин ответствен не только за плодородие, но и за деторождение. Бездетная женщина просит детей у Кылдысина. А когда на свет появляется новорождённый, к нему прикрепляется собственный Кылчин (ангел-хранитель), ответственный за его жизнь. Кылчин оберегает своего подопечного от несчастья, от преждевременной смерти. К нему человек обращается в случае смертельной опасности. Если во-время обращаться к Кылчину и если он сильный, то спасает человека даже в невероятных ситуациях.
Удмурты особо поклоняются Шунды – Богу света (Солнцу) – источнику жизни на Земле, благодаря которому есть всё живое на Земле. По преданию удмуртов Солнце родилось из груди вечного духа «Осто» и стало согревать всё вокруг. Они издревле отмечают День рождения Шунды. Благодаря Шунды отступают холода, становится тепло, оживает Природа, наступает весна. [1, с. 102]. Это самый главный праздник удмуртов – начало календарного года. (По словам Б.Мункачи, называется «Акашка»). Праздник «Акашка» длился семь дней. Первый день новогоднего праздника – воскресенье – называется Будӟыннал (букв. «Великий день»). К нему готовятся больше месяца: всё вычищают, скоблят, стирают, моют. Накануне моются в бане, стряпают. В честь Солнца красят яйца в жёлтый цвет. (Этот праздник удмуртов совпадает с православной пасхой – православие, как известно, присвоило многие народные праздники [2, 100]. Обычай красить яйца в самые разные цвета берёт начало с христианизации.)
В Будӟыннал носители удмуртской этнокультуры встают на заре. Одеваются во всё чистое, желательно новое. Восторженно встречают восход Солнца. Через тёмное стекло наблюдают, как Солнце играет на восходе. Днём с пригорка или по жёлобу катают крашеные яйца, качаются на качелях, водят хороводы, играют в народные игры.
Вечером совершается обряд вӧсьнерге: гостятся по очереди у всех близких родственников, обходят свой бӧляк. Притом начинают в доме, расположенном по течению реки ниже всех остальных, дальше переходят в следующий дом, находящийся выше по течению реки. Угощаются специально приготовленными яствами, поют обрядовую песню вӧсьнерге гур. На гармошке не играют, потому что «около гармошки пляшут шайтаны». (Надо полагать, что гармошка отвергается как инородный инструмент – раньше играли на народном инструменте крезь). В обряде вӧсьнерге участвуют только близкие родственники – никто посторонний не вмешивается.
Каждый из семи дней расписан. Был обряд встречи Солнца в образе девушки на белом коне, одетой в жёлтую одежду, украшенной жёлтым венком и парня на игреневом коне, одетом в белую одежду. Встречали их далеко за деревней с восточной стороны под звуки священного Быдњым крезя, торжественно, с радостными возгласами, бросали им под ноги жёлтые цветы [1, 102]. В числе обрядов отмечены: Кураськон, Будӟын Инмарлы вӧсяськон, Мукылчинлы вӧсяськон, Будӟын куалаын вӧсяськон, Гуждор Вӧсь, Акашка ворттылон, Егит юмшан, Пересь сюан. В последний день – субботу – уже не веселятся, поминают усопших.
Новый год отмечали весной не только удмурты [3, 128-131]. В частности, можно привести цитату о рутульцах: «Среди национальных праздников самый большой годовой праздник – эр; знаменовал начало весны и календарного года, отмечался приготовлением особых кушаний и раздачей их в селении, раскачиванием девушек на качелях, установлением на сельской площади украшенного яблоками, орехами, крашеными яйцами дерева и играми вокруг него». [4, 309].
Традиционная культура удмуртов синкретична, нераздельна. Они воспринимают мир целостно: не отделяют труд, моление, праздник. Моление, как правило, связано с явлениями природы или сезонными полевыми работами: молятся перед пахотой, после завершения весенне-полевых работ, перед жатвой, после уборки урожая. Каждый обряд завершается праздничным весельем. Ранее каждое моление могло длиться несколько дней.
На понимание удмуртского мира некоторый свет проливает изучение сути моления. Во время календарных праздников удмурты молятся в священной роще, у родника. (При этом стоя лицом в сторону Солнца или Востока, но никогда не стоит лицом на Запад, если даже Солнце находится там.) Вӧсясь (культовый жрец) обращается с просьбой о помощи и к духу неба Инмару, к духу Солнца, расположенным в небе, и к Куазю (духу погоды), к Кылчину (ангелу–хранителю), находящимся всегда рядом, и к духам предков, находящимся в потустороннем мире.
Вӧсясь назначается или выбирается по жребию. Это рядовой житель деревни. Конечно, не каждый житель деревни может стать вӧсясем. Требований к нему много: а) должен быть здоров физически, психически и духовно, в том числе зубы должны быть целы; б) должен обладать авторитетом, в роду не должно быть воров и колдунов; в) должен считаться с общественным мнением, должен знать и соблюдать удмуртские традиции, обычаи, обряды, ритуалы; г) не должен быть в родстве с представителями другой веры и людьми, чем-то запятнавшими свою честь.
Примечательно, что в процесс моления он вносит смысл не вымаливания, не выпрашивания божьей милости. Слово «моление» не передаёт сущности «вӧсяськон». Удмурт говорит «вӧськыл», а не «куриськон». Слово «куриськон» является калькой русского слова «молитва», имеет позднее происхождение. Вӧсяськон означает обожение. Совершая обряд вӧсяськон субъект приобщается к миру Вӧся и очищается, становится духовным. Коллективный обряд вӧсяськон иначе ещё называют «Вӧсьмес утиськом» – бережём Вӧся (в душе, в сердце). Культового жреца называют не только Вӧсясь, но и Вӧсь утись (букв.: хранитель Вӧся).
Поскольку Вӧсь есть Абсолют (всемогущий, абсолютно чистый, светлый), следовательно, вӧсяськон есть процесс одухотворения. Моления бывают ранговые: а) родовые (Луд Вӧсь, Будӟын куала), б) Булда Вӧсь (кустовое моление, объединяющее несколько деревень), в) Мӧр вӧсь (всеудмуртское моление). «Вӧськыл» творит не только культовый жрец, но каждый глава семьи. Во время семейных праздников молится во дворе, саду, огороде. В своих молитвах он излагает свои мечты, планы на будущее и надеется на их свершение, надеется на содействие и поддержку духов.
«Вӧськыл» творится каждый раз заново, это акт импровизации, соблюдаются лишь определённые каноны: обращение Осто, вылысь Бадӟын Иньмаре, Югыт Шундые, Ине-вуэ-Куазе, Воршудэ, Кылчине, Муми, Аи! (в полном или разном сочетании). Канон также предполагает проявление субъектом молитвы красноречия с использованием поэтических метафор, гиперболы, высокого слога. Молитва – это обязательно поэтическое произведение, произносимое в момент творения, без преувеличения можно сказать, что она является шедевром удмуртской поэтической мысли.
В вӧськыле выражена надежда на получение высоких урожаев, на благополучие родни и всего удмуртского народа. Субъект молитвы верит, что благодаря Инмару будут дуть южные ветры, будут лить тёплые дожди, что его минуют стихийные бедствия, эпидемии, напасти, войны. Верит, что ему удастся найти верные слова и наладить хорошие отношения и в семье, и с односельчанами и с чужими людьми, что он в жизни никогда не будет запинаться. Субъект вӧськыла торжественно, красиво, публично высказывает свою мечту, планы на будущее, программу действия и настраивается на их выполнение. Верит, что духи отнесутся к его планам благосклонно, и будут содействовать претворению их в жизнь.
Отсутствие догмы в молитве приучает к диалектическому мышлению. Субъект молитвы духовно возвышается из-за трепетного отношения к празднику и к духам. Во время моления ничто не совершает походя и суетно, поворачивается вокруг своей оси только по солнцу.
По данным французского историка Альфреда Рамбо ранее молельные храмы пермяков на всю округу сверкали драгоценными камнями [5, 176]. В силу исторических причин они были разрушены. Современные удмуртские храмы имеют непритязательный вид, но несмотря на это, культовый жрец вӧсясь заходит в Будӟын куала, только помывшись в бане, перед молитвой обязательно моет руки у родника. Ко всему, что связано с молением, Инмаром, Вӧсем, он относится благоговейно, соблюдает все каноны.
Большинство молений удмурт проводит на природе, храм ему служит в основном местом хранения молельных атрибутов.
Удмурт верит в силу духов. И не только удмурты, но русские и татары, живущие рядом с удмуртами, верят в силу удмуртского Вӧся, в период засухи просят удмуртов поскорее молиться. Священник Иоанн Васильев в 1906 г. писал: «Относительно дождя, действительно, мне доводилось слышать от некоторых русских баб, довольно развитых в нравственном отношении, даже между старинными просфорницами, такого рода фразы: «Хоть бы вотяки-то скорее молились, может быть Бог послал бы дождя». Нужно заметить и то, что напольные молебны по христианскому обряду уже были совершены тогда, когда это говорилось. То, что после моления вотяков бывают дожди, это часто бывает правдоподобно, потому что жрецы зимою ещё замечают за погодой так, что они приблизительно и зимою могут сказать про лето, какое оно будет. Они хорошо умеют сопоставлять зимние месяцы с летними, поэтому время сенокоса вотяк определяет ещё зимой, и большею частью удачно» [6, 84-85].
Некоторые мифологическую веру удмурта называют «языческой религией», поскольку она не оформлена письменно (как и языческая религия древних греков). Но приклеивание ярлыка «язычник» носителю удмуртской традиционной культуры несправедливо. Во-первых, слово «язычник» – «захватано» – стало ругательским. Во-вторых, она с языческой религией древних греков (с их агрессивными, коварными и мстительными богами) ничего общего не имеет. Кроме того, природную веру удмуртов нельзя считать религией в полном смысле слова. Потому что в религии есть персонифицированный Бог и есть Дьявол, которого надо уничтожить. Если религии, как правило, характерна нетерпимость к инакомыслию, то вера удмурта лишена экспансии – удмурты никому не навязывают свою веру. Неслучайно многие современные удмурты являются двоеверцами: соблюдают и христианские, и древние мифологические обряды. Веру удмурта нельзя назвать религией и потому, что главным движителем (стимулом) нравственного совершенствования является не страх наказания. Действия удмурта регулируются мифологией и системой табу, а нравственное поведение становится привычкой благодаря повседневным обычаям и трудовому образу жизни.

Использованная литература
1. Герд К. О ней я песнь пою…: Стихи и поэмы, статьи и научные работы, письма. – Ижевск: Удмуртия, 1997.
2. См.: Черкасов С.В. Праздник. Социально-культурные конфигурации. // Человек. 2008. № 1.
3. Мадуров Д.Ф. Традиционное декоративное искусство и праздники чувашей. – Чебоксары, 2004.
4. Народы России: энциклопедия. – М., 1994.
5. Цит. по: Славяно-русы Нестора: литовские, финские, турецкие народы в IX веке. // Вестник УдГУ. 1997, №8. (См.: Рамбо А. Живописная история древней и новой России. Пер. с фр. М.: Современник, 1994).
6. Васильев И. Обозрение языческих обрядов, суеверий и верований вотяков Казанской и Вятской Губерний. – Казань, 1905.